Category: образование

Я на ракете

Во времена моего детства были весьма распространены всевозможные дразнилки. Я на ракете, а ты в туалете. Тебе смешно, а мне обидно - тебе говно, а мне повидло. В ответ на обвинительное "Это ты!" можно было сказать, что либо "тебе насрали в рот коты с трехметровой высоты", либо "жопой нюхаешь цветы". Я думаю, несправедливо, что дразнилки - эти аргументы, сражающие наповал, ушли в прошлое. Надо бы возродить эту хорошую традицию, адаптировав ее максимально под современную реальность. Под жежеже, например. Я в топе, а ты в жопе. У меня соцкапитал, а тебя отродясь никто не читал. У меня прифренд, а у тебя один коммент. У меня аккаунт платный, а у тебя аватар отвратный. У меня комментариев триста, а ты отсоси у тракториста. Я пишу для умных людей, а твои френды - рассадник блядей. Мои комменты остры как ножи, а ты путаешь падежи. Тут собрались интеллигенты, а ты, быдло, прочь из ленты. Ну и крайний аргумент: моя логика - закаленная сталь, а ты постишь хуйню и мне тебя жаль.
Nuretz, Tot

Дер грандиос шкандаль!

Захожу в новостя на яндухе, а там репостят срачик из Фейсбучика. Срачик про русскую тетиньку, которая повела свою детку к врачу в рамках подготовки к школе. К латвийскому врачу. В Латвии. И тетя доктор не захотела говорить по-русски, захотела по-латышски. И довод тетиньки мамы, чта уж 34% русских проживает в Латвии, не сработал. А поскольку никто не знает данного языка, доктор шлепнула свой вердикт: дитя к школе не готово. Мамаша в истерике бросается за поддержкой в фейсбучик и там ее получает. Было предложено в числе прочего: врача разжаловать в уборщицы, посмореть чотамкак, когда уже русский язык сделают главным и государственным, отбросить страхи и поведать наконец миру, какая на самом деле у латышей «демократия» и много-много еще говна в адрес приютившего наших с вами бывших соотечественников европейского государства.
И охуела здесь Птичечка и вообразила в охуении своем картину такую:
Вот я доктор. В Москве сижу, принимаю детишков перед школой. Педиатр я.
И тут входит Ханум. В шароварах и платке. Дитя влачит за руку предшкольного возраста. Вот, говорит, Сулеймонджон, ему в школу позарез нужно, если вы понимаете о чем я. Да, грю, конечно. Давайте посмотрим. Ну что, Сулеймонджон, как насчет в первый раз в первый класс? А? Ранец купил? Прописи ездь? — говорю я. А маленький Сулеймонджон пырит на меня и едва только у виска не крутит пальцем. Ой, говорит здесь Ханум. Вы не могли бы перейти на узбекский язык, доктор-апа? Мой Сулеймонджон по-русски ни словечка не понимает. Ага, на то и школа надобна. Отчего же, говорю я. Вот как раз я курсы кончила. А как иначе, если вас тут уже скоро половина? Ясный перец, не вам язык учить надо, а мне. И учителям школьным. И всем прочим. А вы живите, процветайте, у нас места всем хватит. Демократия! Только в уборщицы не прогоняйте, дорогие мигранты. А уж мы то расстараемся. Не извольте беспокоиться.
Nuretz, Tot

Короткой строкой

***
Яжематери – кошмар не только мира человеческого, но и животного, мои дорогие друзья. Одна такая посещает мой балкон каждое утро. Часов в пять-шесть. Ввиду того, говорит она, что всю зиму я тут кормилась отборной семечкой, имею полное право продолжать делать это и летом. Но ребенок у тебя, говорю я ей, истеричный и невоспитанный. Он орёт и будит меня в то время, как мне полагается дрыхнуть без задних ног. Он попросту не затыкается! Ничего не знаю, говорит яжемать. Этожеребенок, говорит яжемать. Какое мне дело до того, что вы там спите, у меня дитё голодное. Мне что дороже – ваш сон, зажравшиеся громадины, или деточка моя, кровиночка единственная? На грубость не реагирует, палки не боится, таится на балконе, пока я его не покину и снова начинает вынимать отовсюду семки, которые обронила еще по зиме. А ребенка и правда показать бы психологу, ну орет же просто с утра до вечера. Что из него вырастет – непонятно. Большая синица, чтоб вы знали.

***
Дошли наконец до парка Зарядье. Сходу я модернизировала название для этого чуда инженерной и строительной мысли: Заурядье. Тут впечатления можно описать двумя словами: куча говна. А нет, четырьмя: очень большая куча говна. Нет, пятью! Очень большая и дорогая куча говна.
Сорян, если оскорбила чьи-то чувства, но куча же. Как есть куча.

***
Самая большая загадка современного социума заключается в том, что все эти люди, которые ходят по улицам, бросаясь под машины, под ноги другим пешеходам, меняют траекторию и движутся согласно Броуну, до сих пор живы и размножаются. Не понимаю, Боженька, как у них это получается.
Nuretz, Tot

Про связи

Вот вы все, наверно, замечали связь промеж именем и сущностью человека. Я, например, совершенно уверена и никому не удастся меня переубедить: ежели среди Алексеев встречается экземпляр с мозгом, адекватным человеческому, то это – редкое исключение из правил. У Дим обычно такое количество заёбов, что прочие их качества теряются в океане бессмысленности. Вовы, как правило, охуевшие сверх всякой нормы. Олеси – хитрожопые. Тани – жадные. До недавних пор у меня еще было предубеждение перед Юлями, но тут встретила сразу несколько отменных Юль и поняла, что просто недостаточно их знала раньше. Бори – унылые. В юности я знала Борюсю, который так рассказывал анекдоты, что к концу хотелось плакать и отнюдь не от смеха. Оли пиздецки мнительные. У Вадиков хронический насморк. Кати всегда говорят высоким голосом. Иры напиваются с двух бутылок пива. Ани суровые и кусаются. Олежеки ревнивые до усрачки. Валеры – бухарики. И вообще, много ли вы знаете имен, ходящих в России, которые бы вам вот прям нравились бы? Как по мне, так нет таких.
Что до современной ёбнутой моды называть детей архаичными именами, то, помнится, очень запал мне в душу момент из книжки про Дневной Дозор. Можно как угодно относиться к Пилюлькину, типок он тот еще. Но ведь как прав был, чертяка: "Пришли другие. Макары, Иваны, Егоры, Маши... Неизменный закон природы – чем хуже живет страна, чем в большую грязь ее втаптывают, тем сильнее тяга к корням. К старым именам, к старым порядкам, к старым ритуалам. "
Я бы даже сказала – чем сильнее упадок и пиздец, тем жощще скрепы. А еще, господа, вы, конечно, можете осыпать меня проклятиями, но я ни за что в жизни не завела бы отношений ни с Матвеем, ни с Тимофеем, ни с Макаром. Я ничего не знаю про связь между этими именами и внутренним устройством человека. И никакое любопытство во мне не пробуждается, верите ли. Потому как гляжу я на этих Добрынь и Сысоев в подвернутых джинсах, но с расово верными бородами и понимаю: грядёт. Грядёт, блять.
В комментах можно отстаивать ваших Аглай и Емель, а также возражать и крыть меня хуями за надуманные стереотипы.
Nuretz, Tot

ВМЖ

На днях Дима отправилась в рай для джунгарских хомячков. Дай ей, Будда, много яблок и сладких палочек там. Она ушла в очень преклонном возрасте – почти четыре. Для джунгара это как сто для людей. А я вспомнила день, когда принесла ее из зоомагазина. Она была размером с крупного таракана и невозможно умильная. Но дома был Володя, умнейший из когда-либо живших крыс, дай ему, Будда, много-много баночек с детским питанием. Набалованный конечно и наглючий. Когда он увидел в переноске постороннего хомяка, то тут же забился под кровать и не выходил несколько дней. Потом стал обиженно вылезать, а однажды прошел-таки на кухню, где я установила клетку с Димой. И тут случилось самое интересное. Володино лицо стало таким безразличным, как даже я не могу скорчиться при случае. Он занялся своими обычными кухонными делами так ловко игнорируя клетку и Диму в ней, словно её и в самом деле не существовало. Диме же, в силу невысоких интеллектуальных способностей, было похуй от всей её хомячьей души.
И это не Сетона-Томпсона пост. Это я вдруг поняла, кого мне напоминает плеяда топовых психологов.
Nuretz, Tot

Про учителей

Всегда недолюбливала учителей. И школьных, этих профдеформированных знатоков своего предмета, и бытовых, этих напыщенных знатоков жизни. От первых я еще в школе наслушалась: говно твоя литература, нет ничего кроме алгебры. Хуйня твоя история, а вот география совсем наоборот. Кому нужна твоя биология, вот химия! Меня не любили в школе. Я отказывалась обесценивать свои увлечения в угоду учительскому самолюбию. Моя мама тоже работала учителем и у нее традиционно для таких мам выдержки хватало только на рабочие часы. Поэтому моя школа прекращалась, а точней - брала перерыв только на время ночного сна. Но они кончились, эти учителя, слава богу, вместе со школьными годами.
А вот учителя бытовые, которые подстерегают буквально на каждом углу: в магазине шаговой доступности, в подъезде, на рынке, на работе - от них не получится так просто отделаться. Они уверены, что достаточно прожить некоторое количество лет и по умолчанию получишь уважение социума. Они точно знают, как вам следует поступить, как одеться, что смотреть, что читать, а главное их тайное знание состоит в том, что им досконально известно, чего вам делать нельзя ни в коем случае. В последнее время я как-то очень ярко вижу попытки навязывания своего мнения и авторитета. Поэтому я избегаю учителей. Но, поскольку они есть повсюду, то и дело их встречаю. Есть у нас в офисе женщина одна лет шестидесяти пяти. Из тех, у кого "кассирши требуют и требуют паспорт". Шикарная, в общем. Во всех смыслах. И вот нынче доебалась она до юной нимфы. "Ты куришь? А что говорит муж? А не хочешь ли ты бросить? Да, тебе непременно надо бросить!". Нимфа, известная своей бесконфликтностью, флегматично оправдывалась, не видя для себя возможности вступить в перепалку. Тётинька же торжествовала: во-первых, жертва была схвачена, хоть и ненадолго. Во-вторых, оно ведь и жить-то стоит только заради этих моментов: когда ясно, что без тебя тут никогда ничего не решат да когда рассказываешь им, как у тебя в очередной раз спросили документ.
И я отказываюсь понимать эту хуйню. Если ты мудак, то ты мудак. А не "женщина с трудной судьбой", "безотцовщина", "продукт эпохи", "достойный сочувствия травматик", "старший сын в многдетной семье" или "ребенок нарциссичной матери".
Мудак ты просто. Обыкновенный мудак.
Идинахуй.

Бесплатные советы кандидатам в водители

С точки зрения лоха
Жизнь не так уж и плоха


Сейчас я буду вам рассказывать, как разводят в автошколах. А вы внимайте, а также передавайте каждому, кто соберется пойти поучиться вождению. Речь, конечно, о Москве, но схема должна быть в среднем одинаковая по России. Разве что вы живете в маленьком городке с одной автошколой и единственным отделением ГАИ. Однако в любом случае кое-что в этом тексте может быть для вас полезным.
Collapse )

Злорадства псто

Тетя Софа нынче затронула животрепещущую тему. А я, конечно, тут же бросилась попугайничать. Вообще, слово "попугайничать" у меня исторически ассоциируется с совершенно другим процессом, а именно: когда у меня жил попугай Ктулхочка, свой одинокий период полового созревания он проводил перед зеркалом. У кого были волнистые попугаи, те прекрасно знают, каким образом эти птицы занимаются самоудовлетворением. Они превращаются в перьевой шар и неистово елозят по жердочке, выкрикивая все известные им словесные конструкции и воспроизводя еще миллионы разных громких звуков. Ктулха при этом при всем еще держал в одной руке свое зеркало, к которому был прицеплен колокольчик. И когда начинал звонить колокол, можно было не спрашивать, по ком. В любом месте квартиры становилось понятно - Ктулха попугайничает. Но я не об этом, конечно.
Софа, как обычно, права. Ничто так не развивает иронию, а тем паче самоиронию, как тяжелое детство. Но я даже и не об этом тоже.
Так же как и Софа, все свое детство я провела в бабушкиной библиотеке, последовательно прочитывая содержимое полок, до которых дотягивалась. Я не выпускала книги из рук никогда, а особенно за едой. Поэтому мои одноклассники получили в виде меня отличный подарок - толстую ботаничку-отличницу, над которой так приятно издеваться. Так же, как Софа, я весила 40 кг. в третьем классе. И вспоминая этот период я могу точно сказать - никакой самоиронии у меня тогда не было и смеяться над собой я категорически не умела. Для родителей я всегда была "самавиновата" и я даже не знаю, что бы со мной стало, если бы не старший брат, которому я обязана всей своей иронией и всей своей способностью быстро реагировать и смеяться там, где хочется плакать. Он очень мало побыл со мной, но успел дать больше, чем кто-либо еще на всей земле. К тому же он пристрастил меня к кикбоксингу, а я так хотела стать мастером спорта, что очень быстро похудела. И вот с этого момента начинается то, о чем. собственно, пост. О злорадстве.
Придя однажды в школу после лета, я обнаружила обидчиков малышней. Я умудрилась внезапно перерасти их всех на голову. И меня, как по волшебству, перестали задевать. Это и был отправной момент, в который во мне зародился тролль, здравствующий и посейчас. Я не стала их бить. Но свою порцию подъебок получил каждый. Потом, конечно, я их всех забыла. Но каждому известно, что глубокие детские травмы забыть до конца мало у кого получается. И вот как-то раз, спустя много лет после выпуска, я увидала своих обидчиц в одноклассниках. Думаете, я была настолько добра, чтобы по-человечески им посочувствовать? Неа. Я улыбалась во весь свой рот и приговаривала вслух, обращаясь к монитору: Наташенька, ух ты моя пусечка. Да какая ж славная. Потому что Наташенька, обладавшая в школе завидным анорексичным телосложением, вдруг раздулась, как вот эта сушеная игольчатая рыба. Сто десять килограммов Наташи. Которая презирала толстяков. Катя, прелесть, душенька. Она носила мини и считалась одной из красивейших девочек класса. Что с тобой, Катя, откуда все эти подбородки, ты ведь так ненавидела толстых? Умничка Вера, которая говорила: не бывает полных, бывают жирные! Как ты могла так запустить себя, Верочка, как ты себя теперь называешь? Сашулька, милый мальчик. Он называл толстых девочек толстожопыми свиньями. Как ты живешь теперь, Саша, с этим животом, тянущим на переношенную беременность? Представляешься ли ты "перекормленным боровом" или придумал что поинтересней?
Но потом я все-таки немного посочувствовала. Тяжело, наверное, вот так. Всю жизнь быть уверенным в своей неотразимости, пребывать в уверенности, что мимо тебя пройдут болезни, гормональные сбои, возраст, в конце концов. И оказаться с глазу на глаз с неприглядной правдой, но без главного - без самоиронии, которая не растет на благодатной почве. Она растет лишь на каменистых землях убогой социализации.
Я давно вешу свои честные шестьдесят пять килограммов при росте 175 см. Я не боюсь казаться или выглядеть смешной. А если я растолстею, то вмиг придумаю, как таскать свое отяжелевшее туловище.
А как же вам живется теперь, мои бедные школьные товарищи?